Альберт Аксельрод. Ведущий

Поначалу редакция в Клубе веселых и находчивых пошла по привычному пути поиска ведущих – среди актёров. Впрочем, слово «ведущий» тогда еще не привелось, актеров на телевидении называли дикторами. Они выучивали написанный авторами сценариев, завизированный текст и произносили «подводки» между конкурсами, не отступая ни на слово.

Довольно долго, среди разных дикторов шли поиски наиболее подходящих. Поскольку передача была молодежная, ее вели студенты театральных институтов или молодые актеры.

Они прекрасно играли свои роли. Но именно играли, и именно роли – роли веселых ведущих.

А ведь в прямом эфире, да еще в такой передаче, как КВН, возможны любые неожиданности. «Разруливать», решать их в ходе игры никак уж не входило в актерскую задачу.

И было принято революционное по тем временам решение: ведущим станет один из авторов — Альберт Аксельрод. На нашем телевидении такого ещё не  было. Новичку позволили без цензора, свободно , «от себя»  говорить на  миллионную аудиторию.  

Альберт Аксельрод был не только замечательным врачом. Он был талантлив во всём — один из трёх авторов КВН, один из создателей и режиссер знаменитого студенческого театра «Наш дом». Красивый, интеллигентный, остроумный. Он действительно виртуозно вел передачу, руководил ее процессом. После того, как авторы неделями сидели втроем и делали очередной сценарий КВН, много раз ошибаясь, много раз фиксируя что-то для себя, он полностью владел ситуацией — мог мгновенно обыгрывать любые накладки прямого эфира, «заводить» команду, делать передачу динамичной и интересной. Зрители впервые видели такой стиль ведения программы, но приняли его сразу. В письмах на телевидение они писали самодеятельные стихи, слагали песенки на популярные мотивы — КВН заражал тягой к творчеству и за экраном : «Ликует радостный народ, выходит доктор Аксельрод». «И опять КВН к себе манит, зовёт, ах, какой молодец ты, Альберт Аксельрод, ля-ля-ля».

У него была потрясающая реакция – вот уж кто был остроумен и находчив!

Зал, где шел КВН, тогда был не очень большой, студийный, позволявший контактировать зрителям и ведущему. Как-то по ходу игры его спросили с места: «Что может быть общего между   вашей  профессией реаниматолога и увлечением КВНом?» Через мгновение он бросил ответ: «Оживление… эээ…в зале». И зрители радостно отреагировали очередным оживлением.

Сложился постоянный дуэт ведущих — Альберт Аксельрод и Светлана Жильцова. Проведя несколько игр в паре с Аксельродом, Светлана стала своей и неотъемлемой в КВН.

Позже вспоминала: «С Аликом было легко вести, потому что я чувствовала — он мне всегда поможет. Всё-таки все участники команд были интеллектуальные, находчивые — другие и не могли принимать участие в такой программе. А я была очень молодая и побаивалась, вдруг что-то не так сделаю, не так скажу. Но я знала, что этот человек, мой партнёр — тот столб, за который я могу спрятаться, он меня всегда выручит. Мне так нравилось, как он вёл! Очень сдержанно, и при этом остроумно. Я даже пыталась под­ражать ему в манере ведения, в импровизации. У нас были, конечно, какие-то обязательные тексты, которые мы должны сказать перед на­чалом конкурса — что это за конкурс, какие команды выходят и так далее. Может быть, если бы я с кем-то другим вела, или одна, я бы так и делала: отговорила, а дальше вы делайте, что вам положено, как вы хотите… Но тут, поскольку Алик импровизировал, шутил, помогал участникам, то я тоже пыталась это делать. Конечно, у меня не получалось так, как у него, потому что он был один из авторов, знал всё, и потом он был старше меня и более начитанный… В то время открытая импровизация не поощрялась. Во всех дру­гих передачах просто запрещалась, и мне было сложно преодолеть в себе этот вот пунктик — «нельзя»… Но с Аликом мне всё было легче. Там неизбежно случались какие-то накладки, и Алик всегда выходил из этого положения… Передача потому и была так популярна, что всё рождалось пря­мо на глазах у зрителя».

За то время, что Аксельрод был ведущим самой популярной программы, он прошёл не только огонь и воду, но и медные трубы всесоюзной славы и всенародной любви.

Не так много людей, способных пройти через это, не заразившись звездной болезнью. А он остался самим собой – благородным, интеллигентным, самоотверженным  врачом, боготворимым пациентами и коллегами.